Кому и зачем идти в профсоюз?

Концепции о них — уже более 100 лет, но работать с ними умеют единицы. Популярные «общепринятые» толкования — MBTI, соционика — дают массу ошибок. Между тем, определить профиль человека можно оперативно — за 5–20 минут речи, если разбираться в особенностях данной теории.
Автор исследовал тысячи людей — от знаменитостей до рядовых сотрудников и кандидатов на вакансии. Основной вывод: в обществе действуют жесткие тренды. Игнорировать типы — значит сознательно снижать эффективность любой работы с людьми.

Два типа делают погоду на современном рынке труда. Еще несколько встречаются регулярно, но реже — они вынуждены подстраиваться. Примерно половина типов — в группе риска: их редко приглашают на собеседования и тем более берут на работу.

Работодатели, применяя ту или иную типологию, хотят получить кандидата с желаемыми качествами. Часто ищут тихих исполнительных интровертов. Но реальность другая: интроверты проходят собеседования в 5–7 раз реже экстравертов. Почти все «проходные» кандидаты приходятся на 2–3 типа-лидера. В некоторых воронках подбора до 70% соискателей — один популярный тип.
В коллективах доминируют ведущие типы. Остальные встречаются редко. Корпоративная культура и рабочая обстановка задаются именно ими.

Что это означает? Чем дальше, тем больше доминируют люди мобильные, работоспособные, с дальним горизонтом целей. С удачной манерой коммуникации — располагающей, внушающей доверие, желание работать. Их ценности — амбиции, независимость, открытая атмосфера. Даже одинокие женщины и молодые матери ведущих типов не теряют эти ориентиры: для них самореализация — путь из сложностей.
Но есть и издержки. Типы-лидеры мало во что ставят иерархию и традиции. Такие люди «себе на уме». Ждать от них лояльности не стоит. Двойные игры, внезапные уходы и переходы — в порядке вещей. С ними надо уметь работать, договариваться, ценить лучшие качества. Замена вряд ли будет другой — скорее, тот же процесс по новой.

По интересам такие люди скорее выберут стартапы, психологию или ИИ, но не подумают о профсоюзе. Если их не убедить, не мотивировать. А аргументы должны быть вескими: профсоюз — не наследие прошлых эпох, а такое же средство реализации, как курсы и нетворкинги, на которые они привыкли ходить и где, в отличие от профсоюза, уже рискуют затеряться на фоне таких же как они, невзирая на уникальность идей.

Встречаются чаще всех — в среднем около 30%, часто больше. Руководят бизнесом или строят его, даже работая по найму. Люди универсальные, мобильные, сообразительные. Без колебаний меняют обстановку, рабочее окружение, личную жизнь, если считают это уместным. Даже если окружающие в шоке. Какие там авторитеты и бюрократические организации?

Всеобщей готовности идти в профсоюз у ЛИЭ ждать не стоит. Но у некоторых она может проснуться: сейчас это уместно и полезно. Здесь интересные контакты, мероприятия. Связи, которые пригодятся в карьере. Возможность прокачать организаторские способности.

Дело за профсоюзами: создать повестку с мероприятиями не хуже, чем в акселераторах и на бизнес-нетворкингах. Со свободной, раскрепощенной атмосферой.

Вопрос: есть ли уже в профсоюзах такие люди? Есть, и немало. Если они есть — пора перестать их стесняться. Создать новое лицо — выгодно всем.

Речь ЛИЭ — плавная, с развитием сюжета. Говорят складно, по делу, без лишних деталей. Интонация может временно повышаться, но в конце смыслового фрагмента всегда понижается. Отрицаний в речи мало. На видео заметны «бегающие» глаза, подвижная мимика вокруг глаз. Утверждения преобладают над сомнениями. На вопрос о карьерных планах на 5 лет отвечают легко и развернуто. Если перед вами человек, который говорит складно, смотрит живо, не сомневается и легко отвечает на вопросы о будущем — возможно, это ЛИЭ.

ЛИЭ — люди с проектным стилем работы. Им скучно там, где нет развития. Профсоюз должен выступать для них не как «место защиты», а как «проект, который можно собрать и запустить». Важно предлагать роли, связанные с переговорными площадками, организацией мероприятий, публичными выступлениями. Им нужен вызов, а не регламент. Ключевой аргумент: «Здесь ты можешь сделать то, чего еще не делал никто». При этом важно помнить: ЛИЭ быстро теряют интерес, если процесс затягивается. Им нужны быстрые победы и сменяемость задач. Их решения ситуативны, сегодня они здесь, завтра могут быть в другом месте. Поэтому их нужно постоянно «подогревать» новыми вызовами.

Речь СЭЭ состоит из коротких фрагментов по 2–3 слова. Личные предложения сменяются безличными. Темп речи может быть быстрым, но паузы между фрагментами можно уловить. На видео — невербальные посылы к собеседнику, вопрошающие взгляды. Отрицаний мало. Мимика вокруг глаз живая, подвижная. Отвечают кратко, строго по вопросу, не развивая тему сверх необходимого. Если перед вами человек, который говорит отрывисто, смотрит на собеседника в поисках реакции, отвечает коротко и уверенно — возможно, это СЭЭ.

СЭЭ — прирожденные организаторы и заботливые лидеры. Их мотивация — реальная польза для людей, которую они могут увидеть и пощупать. Им важно чувствовать себя нужными. Профсоюз для них — территория, где они могут проявить заботу о коллегах, стать «центром сборки» команды. Ключевой аргумент: «Без тебя здесь никто не справится». Но важна и стратегическая рамка: СЭЭ нужны долгосрочные ориентиры. Если показать, что их деятельность в профсоюзе приведет к конкретным, ощутимым изменениям через год-два, они включаются всерьез и надолго. При этом стоит помнить: многозадачность таким людям дается сложнее. Лучше давать одну большую задачу, а не россыпь мелких. Если они взялись, будут стоять до конца, но переубеждать их сложно, нужно сразу давать понятные рамки.

Речь ИЛЭ — фрагментированная, с короткими фрагментами. Примерно, как у СЭЭ. Но выражение лица более жесткое, сухое. На вопросы о долгосрочных планах отвечают с трудом, уходят в детали текущих задач. Если перед вами человек, который говорит быстро, отрывисто, смотрит на собеседника, при этом выражение лица серьезное, а на вопрос «кем вы видите себя через 5 лет» начинает перечислять дела на завтра — возможно, это ИЛЭ.

Для ИЛЭ важна возможность разобраться в деле досконально. Они приходят туда, где есть интеллектуальный вызов. Профсоюз может стать для них площадкой для разработки новых подходов, стратегий, технологий взаимодействия. Им интересно придумывать, как сделать процесс лучше, эффективнее, умнее. Ключевой аргумент: «Только ты сможешь увидеть здесь систему и предложить нестандартное решение». При этом важно помнить: ИЛЭ любят расслабиться, они тяжелее на подъем и требовательны к комфорту. Им нужно предложить не просто работу, а интересную, с возможностью погрузиться в тему и не отвлекаться. Если они увидят, что профсоюз — это место, где можно применить аналитические способности, а не просто «быть как все», они включатся. ИЛЭ можно переубедить стройными, логически простроенными аргументами, но так же легко они могут потерять интерес, если идея перестанет быть новой.

Речь ЛСЭ — плавная, с развитием сюжета. Говорят обстоятельно, с деталями. На видео — периодические повышения голоса в конце фраз, посматривания на собеседника. Отрицаний много. Мимика живая. На вопросы отвечают развернуто, но с акцентом на текущие дела и ближайшие задачи. Если перед вами человек, который говорит складно, но с заметным количеством отрицаний («это не так», «здесь проблема», «это не сработает»), при этом смотрит на вас в поиске реакции и говорит обстоятельно — это, возможно, ЛСЭ.

ЛСЭ — люди неторопливые. Им важно видеть конкретные задачи и понимать, зачем они это делают. Профсоюз для них — это возможность проявить себя как хозяйственника, человека, который умеет наводить порядок и заботиться о коллективе. Ключевой аргумент: «Здесь нужен человек, который приведет все в порядок». С ними лучше делать акцент на проблемах, которые требуют решения: «сейчас здесь бардак, а ты можешь это исправить». ЛСЭ сложно строить планы на годы вперед. Им нужны понятные, конкретные задачи на сегодня-завтра. Если дать им участок работы и сказать: «Сделай, чтобы здесь было хорошо», — они включатся. И останутся надолго, потому что ценят стабильность. Если один раз нашли эффективное решение, будут использовать его годами.

Речь СЛЭ — фрагментированная, с разрывами раз в несколько секунд. Голос в конце фраз понижается. Отрицаний много. Выражение лица жесткое, сухое, взгляд немигающий. Говорят основательно, с чувством собственной важности. На вопросы о долгосрочных планах отвечают уверенно, масштабно, без лишних деталей. Если перед вами человек, который говорит отрывисто, смотрит жестко, много критикует, но при этом четко видит, куда надо идти — это, возможно, СЛЭ.

СЛЭ неуютно там, где «все и так хорошо». Им нужен вызов, кризис, территория, которую нужно взять под контроль. Профсоюз может быть для них интересен, если находится в сложной ситуации: низкая активность, потеря влияния, непонимание, что делать дальше. Ключевой аргумент: «Здесь нужно принимать жесткие решения, и никто, кроме тебя, с этим не справится». Им стоит дать роль «кризис-менеджера» или «восстановителя порядка». Если они увидят, что профсоюз — это не «кружок по интересам», а серьезная структура, где можно проявить волю и власть, они включаются. Но нужно помнить: они требуют полного контроля и не терпят вмешательства в свои решения.

Речь ЭИЭ — плавная, с повышениями голоса в конце фраз, посматриваниями на собеседника. Отрицаний много. Выражение лица жесткое, сухое, напряженное. Говорят эмоционально, с пафосом, часто с оттенком недовольства. На вопросы о долгосрочных планах отвечают уверенно, масштабно — стратеги. Если перед вами человек, который говорит складно, с пафосом, много критикует, смотрит жестко, но при этом явно верит в то, что говорит, и видит большую картину — это, возможно, ЭИЭ.

ЭИЭ важны идеи, смыслы, ценности скорее, чем реальная выгода. В профсоюз их можно привлечь идеей: «Ты можешь изменить культуру организации, задать новые смыслы, повести людей за собой». Они чувствуют иерархию и место в строю. Им важно, чтобы их авторитет был признан. Ключевой аргумент: «Ты — тот человек, который может объединить людей вокруг идеи». При этом нужно учитывать: ЭИЭ тяжело переживают старые эмоциональные травмы. Если они приходят, им нужна поддержка и признание их вклада. Они могут выгорать, поэтому важно чередовать нагрузку и давать возможность восстанавливаться. Но если они поверили в идею — они пойдут до конца. Если идея их захватила, будут идти напролом, не замечая препятствий.

ИЛИ — аналитики. Им интересно прогнозировать, строить системы, предвидеть риски. Профсоюз для них — возможность влиять на систему, не становясь ее частью. Если ИЛИ взялись за задачу,, будут выполнять до конца. Но им сложно переключаться. Лучше давать одну большую аналитическую задачу, а не россыпь мелких. Им важно, чтобы их мнение учитывалось, иначе они уйдут в глухую оппозицию.

СЛИ — сенсорики и стратеги. Им важны материальные цели и конкретные результаты. Они не любят шумных мероприятий, но готовы работать руками и головой там, где видят результат. Ключевой аргумент: «Здесь можно сделать что-то реальное и осязаемое». Они рассудительные — им нужен комфорт и понятная зона ответственности. Они могут неожиданно принимать рискованные решения, подчас методом тыка, но если видят, что результат того стоит, идут до конца. Им важно чувствовать себя хозяевами своего участка.

ЛИИ — архитекторы систем. Им интересно строить структуры, разрабатывать регламенты, прописывать процессы. Ключевой аргумент: «Профсоюзу не хватает системности, и только ты можешь это исправить». Если взялись, доведут до конца, но будут требовать строгого следования их плану. Не любят спешки и авралов. Им нужно дать время и возможность работать в спокойной обстановке. Внешне могут казаться мягкими, но внутри у них жесткая структура, и они не терпят, когда их планы нарушают.